Вся поездка заняла три дня, из всего этого времени примерно половина ушла на дорогу на микроавтобусах Toyota Hiace, имеющих местное название «матата».

Ziwa Rhino Sanctuary — заповедник носорогов

По пути мы заехали в Ziwa Rhino Sanctuary, местечко примерно в 140 км от Кампалы. «Sanctuary» переводится «убежище», а на деле является небольшим заповедником носорогов. Здесь они защищены от человека и хищников, основная задача заповедника — восстановление популяции носорогов, которых осталось совсем немного.

Хотя нам и рассказывали заранее, что носороги в Ziwa Rhino Sanctuary пасутся не в вольере, а прямо так, но я почему-то все равно думал, что территория заповедника достаточно мала и ограничена, и можно увидеть их всех сразу. Оказывается, нет — 70 квадратных километров, обнесенных двухметровым забором под напряжением — чтобы носороги не сбежали, и чтобы к ним никто не залез. И по этой площади рассеяны носороги в количестве около 20 особей. Кстати, на офсайте заповедника есть страница с фотографиями и именами всех носорогов. Одного из них зовут Обама:)

Работники специально отслеживают перемещения животных и по рациям сообщают друг другу об их местоположении. Туристов же водят к тем носорогам, что подошли поближе к административным зданиям.

Вход в заповедник — около 40 долларов. За эту сумму можно прогуляться с персоналом к ближайшему месту возможного нахождения носорогов. Будет ли носорог на месте или надумает уйти — зависит только от него самого. Нам повезло: к моменту нашего прибытия недалеко находилась самка с детенышем, к которым нас провели со всеми возможными предосторожностями:

Техника безопасности при просмотре носорогов такова: не издать громких звуков, не делать резких движений, держать дистанцию, в случае нападения (!) не бежать от животного, а петлять, маневрировать, скрываться за деревьями, можно на дерево залезть. Пик активности у носорогов ночью, днем они спят, смотреть можно, тревожить не стоит:

Вот на этом фото видно, насколько близко мы подошли к спящим носорогам. Еще ближе персонал не пустил, посчитав именно эту дистанцию безопасной:

С одной стороны, интересно посмотреть на живого носорога в Африке. С другой — скучновато: хочется увидеть, как он двигается, ступает, но нет — животина нагло дрыхнет:

Есть в спящем носороге что-то свинское:

По дороге нам часто встречались цесарки — ближайшие родственники куриц и индюшек, но с рогом на голове:

А это — кактусовое дерево. Вернее, канделябровое по названию: Euphorbia candelabrum, канделябровая эуфорбия, канделябровый молочай:

Но по сути это громадный кактус:

Сок его ядовит — при рубке такого дерева можно ослепнуть, отравившись парами сока. Этот кактус используют как лекарство от разных болезней, вплоть до венерических. Я нашел упоминание о том, что канделябровое дерево специально сажали для защиты селений — при нападении выпущенные стрелы проходили через ограду из молочая и поражали противника ядом. Или же соком смазывались непосредственно наконечники стрел.

Национальный парк Уганды «Murchison Falls»

От Ziwa Rhino Sanctuary до Murchison Falls по прямой примерно 60 км. Переезд занял чуть больше полутора часов. И вот мы в национальном парке:

От ворот, обозначающих начало парка, до кемпинга еще 50 километров, которые мы ехали и разглядывали окрестности в поисках животных. Первые, кто встретили нас — обезьяны, павианы или бабуины (бабуины — подвид павианов): стаи периодически выходили на дорогу, а уж в лесу, кажется, сидели за каждым деревом:

Самое подходящее для этих приматов название — английское, «baboon«, как сразу же назвал их наш проводник. Одна буква «И», а как меняется смысл: с гордого величественного «бабуин» на наглое и туповатое «бабун», именно такими и зарекомендовали себя эти обезьяны за те несколько дней, что мы с ними встречались:

На этом первый день сафари кончился, хотя сафари как таковое еще и не начиналось. Заночевали в кемпинге, а ранним утром, еще затемно, поспешили на паром: именно утром животные активны, а днем, при палящем солнце, спят в тени. На подъезде к парому к нам подсел работник национального парка с автоматом-калашом. Всю поездку автомат валялся где-то под сиденьями, а работник защищал нас более ценными советами и предостережениями, что было и к лучшему:)

У парома уже образовалась очередь, у матат подняли крыши, чтобы можно было ехать и смотреть по сторонам. Хотя в этом положении все время приходится стоять, но обзор лучше, да и запахи, ветер, эффект присутствия несравненно больше.

А вот сам паром — достаточно хлипкий с виду, просто понтон с мотором:

Здесь уже не рекомендуют приближаться к воде — крокодилы вполне возможны, и они «not friendly»:)

Как только паром причалил, машины тут же вышла встречать стая обезьян — очередной наглый бабун запрыгнул на машину, потом через крышу залез вовнутрь, спер пакет с завтраком и был таков:) Это другой наглый обезян, но явно тоже ищет, чем поживиться:

«- Сними меня на фоне обезьян.
— А кто должен быть в фокусе: ты, или обезьяны?:)»

Хотя въезд на территорию парка был 50 километров назад, само сафари началось только после переправы. Мы въехали в саванну — уже от одного этого слова возникало предчувствие чего-то необычно интересного. И первыми, кого мы увидели, были слоны:

Стадо слонов шло по саванне. 12 января. Жарко не было, было как-то даже пасмурновато, солнце за облаками, но ведь где-то сейчас зима-снега, а тут — слоны и саванна:)

Первым шел слон-папа. Почти на каждом слоне сидело по птице:

Птицы преследуют крупный рогатый скот, носорогов, слонов, питаясь личинками насекомых из складок кожи. Отстающий еще нескладный слон подросток:

Слоны перешли дорогу недалеко от стоящей машины:

И направились дальше мимо пальмы — African Fan Palm (Borassus aethiopum, делеб, борассус эфиопский, борассус вееролистный) — названий у нее масса:) Плоды съедобные:

А мы продолжили свое сафари. Следующие животные, которых мы встретили, были антилопы и буйволы:

На предыдущей фотографии кажется, что их не так много, на самом деле этих копытных и рогатых целые стада, которые стоят вдоль дороги:

Причем видов антилоп множество: hartebeest, Южноафриканский конгони, антилопа Джексона:

Карликовая антилопа Ориби — легко прячется в траве:

Uganda Kob — именно эта антилопа стоит на гербе Уганды вместе с венценосным журавлем:

Гид рассказывал, что буйвол — самое страшное животное в саванне, потому что нападает без предупреждения и без причины:

Птицы: Ground hornbill — земляная (наземная?) птица-носорог:

А вот жирафы:

Создание настолько несуразное, что непонятно, как и зачем оно вообще появилось:)

Жираф перебегает дорогу — этажерка на копытах, хвост крючком, с кисточкой, кажется, что шея сейчас перевесит и вся эта непропорциональная конструкция завалится:)

Издалека казалось, что жирафы растут головами прямо из этих кустов — эдакая клумба с жирафами:) Но они всего лишь обедают:

Все животные в национальном парке достаточно спокойны по отношению к людям — завидев автобус, они не спешат прочь, а продолжают жить своей жизнью:

Львы на обочине дороги. Вернее, львица и львята. Нам сказали, что увидеть такое — большое везение:

Львица предупреждает, что детей гладить не рекомендуется:

Гладить дураков нет, а фотографируют все и на все:) Часть людей перебралась на багажник сафари-баса:

Вот такие прически получаются от встречного ветра:)

Мы насмотрелись на львов, львы — на нас, но первыми ушли все же львы:

Стадо конгони на фоне Нила:

Солнце над саванной — тут мы неожиданно высадились и направились к воде:

Сначала я не увидел ничего особенного — ну, водоросли там какие-то, листики, камни в воде. Или не камни?

Если бы не сказали, то мог бы и не заметить. «- Что такое очень большая квартира? — Это когда в углу незаметно стоит аквариум с бегемотами»:) Стадо бегемотов лежало в воде совершенно незаметно, а сверху, дополнительно маскируя, сидела белая цапля:

Бегемоты активны ночью — они выходят на берег, достаточно активно перемещаются, питаются, днем же они достаточно неподвижны. Лишь иногда какой-нибудь отдельный экземпляр оживится, откроет рот, но общая динамика перемещений весьма незначительна:

Время от времени слышится очень низкий утробный звук, как будто из тубы или геликона, но с объемным резонатором — гиппопотамы общаются.

Увидев однажды сидящего в воде бегемота, сразу учишься его замечать и потом, впоследствии, мозг как-то выбирает его торчащие из воды глаза и уши и опознает, как грибы во время сбора: это трава, это кусты, а вот шляпка — берем. Так же и с бегемотами:)

Мимо пролетали египетские гуси, они же нильские:

Гиды и работники национального парка:

В том же самом Ниле, где мы только что наблюдали бегемотов, местные рыбаки сетями ловят рыбу:

Весла практически не используют, отталкиваются шестами. Видимо, папа с сыном:

А это — их улов, рыба тилапия:

Возвращение к парому. У самого берега растет колбасное дерево, кигелия:

Колбасное оно потому, что свисающие плоды похожи на здоровенные колбасы:

Масса такого плода — несколько килограмм, в свежем виде он ядовит. Из кигелии делают лекарства, косметику — плоды обладают антибактериальным эффектом. Говорят, даже брагу какую-то гонят.

Здесь же играл потрясающий африканский ансамбль — очень жаль, что я не смог поснимать его больше: пришел паром…

Паром через Нил днем:

Мы вернулись с сафари в кемпинг, но сафари продолжалось — под каждым кустом сидело по радужной агаме:

Под скатом крыши обитали летучие мыши — если их спугнуть, то вместо того, чтобы взлететь, они начинали по-крабьи ползти вбок, но очень быстро:

Мы обнаружили вот такого красивого африканского таракана:

Между палатками и домиками ходили бородавочники — мохнатые кабанчики с клыками наружу, жутковатые, но симпатичные. На ресепшене кемпинга висело объявление о том, что бородавочники — дикие животные, общение с ними противопоказано. Нас неоднократно предупредили, что если мы оставим в палатке пищу, а бородавочники ее почуют, то разорят все. Свиньи, одним словом — вот, мусорный бак опрокинули:

Все время пасутся у кухни, ждут отходов. В зной спят в тени:

Пумба:) Разбудили, сфотографировали:

Против того, чтобы их гладили, не возражают, но никак на это не реагируют — все реакции только на еду:

Когда я искал лучшую точку съемки и крутился возле занятых отбросами бородавочников с фотиком, один из них побежал на меня и наподдал клыками по объективу — я вовремя отпрыгнул, удар получился смазанным, но сила в нем ощущалась недюжинная. Повторять и преследовать меня кабан не стал, вернулся к приоритетному — еде:)

После сафари на мататах нам предстояла прогулка на небольшом двухэтажном кораблике. Такое путешествие интересно тем, что можно подобраться к местам, которые с берега недоступны. А еще животные и птицы меньше ожидают угрозы с воды, нежели чем с суши. Итак, в путь!

Черно-белые зимородки, «king-fisher» — дословно король-рыболов, интересное название:

Painted stork, индийский аист клювач:

African fish eagle, орел:

Уже виденные ранее жирафы и гиппопотамы:

Высокий берег Нила:

А в нем — множество норок-гнезд c небольшими зелеными птицами с красным горлом, «Red-throated bee-eater», красногорлые пчелоедки:

Хотя по-русски эта птица называется красногорлая щурка:)

Яркие, как елочные игрушки:

Крокодилы — «не ходите, дети, в Африку гулять»:)

Слоны:

Слон за трапезой:

Очень детально, при ярком солнечном свете — видна каждая морщинка:

Но солнечный свет продолжался недолго: нас нагнал настоящий тропический ливень:

Поэтому больше красивых фотографий животных в тот день я не сделал… На подходе к водопаду Мерчисона — справа виден такой же двухэтажный кораблик, как на котором ехали мы:

Водопад Мерчисона, или Кабарега — в честь народного героя Уганды, падает с высоты в 40 метров, но не просто падает, а бьется в узких стенках:

Под еще идущим дождем начался трекинг, изо всех сил берег фотоаппарат. Murchison falls — водопад не один, их два:

Второй называется Ухуру, «свобода» на суахили:

Вот так начинаются водопады — воронка как раз Кабарега, а Ухуру левее и выше:

Возле воронки Кабареги:

Вид с водопадов на Нил, откуда мы приплыли:

В завершающий день сафари мы посетили водопад Карума:

Карума — название водопада на языке племени Луа: «Ка» — место, «Рума» — встреча. Место встречи.

Здесь собирались старейшины племен и вели переговоры.

Недалеко от Карумы сфотографировал Колобуса, черно-белую гверецу:

«Поймайте мне колобуса» у Дарелла, помните? Неоднократно вспоминал его описания Африки, даже перечитал несколько книг по приезду — они заиграли совсем другими цветами. «Пестрые пчелоедки» — даже помнил это название после первого прочтения, а тут увидел воочию.

Если вы будете в Уганде, то сафари просто необходимо — быть в Африке и не увидеть всего этого великолепия просто нельзя! Хотелось бы увидеть еще зебр, но они водятся в другом национальном парке (Queen Elizabeth National Park) — надеюсь побывать там в следующий приезд. И тема крокодилов не раскрыта из-за неожиданного ливня… Все впереди:)

Update: все тоже самое, но в движении и со звуками — смонтировал видео с сафари в Уганде:

12.01.2013 Акуна Матата, Джинджа

Встал встречать рассвет, чуть раньше семи был на пляжике с лодками — опять рассветные облачка, зато увидел, что более опытные уходят кататься — обнажилась песчанная гряда, уровень работающего Клаба. Собрался сам, пошел на воду. В очереди — самые сами не свои до катания, поэтому не так много народу. Чуть больше часа — и завтрак. А сразу после завтрака — опять на воду.

Сфоткал мелированного птеродактиля:)

Та же змеешейка, но более хитрой раскраски — самец, на шее — будто мех:

Из-за упавшей воды образовалась ступенька в возвратной суводи — ее трудно перейти на лодке, некоторые вылезают и перезаносят.

Только вернулись с воды — сразу сборы в Джинджа. А еще — провожаем домой Лену, коллективное фото напоследок:

Такие фотографии делались почти перед каждым отъездом, и людей на них становилось все меньше… Но не надо о грустном — загружаемся в лодку, матату ждет:

За воротами кемпинга встретили аборигена вот в таком наряде:

Матату — та самая маршрутка, так часто встречавшаяся ранее:

На суахили есть выражение «Акуна Матата», оно переводится как «Нет проблем». Я специально выяснял у Аниты, нет ли связи между этим выражением и тем, как называется машина — Анита заверила, что нет. «Хорошая машина, только дверь задняя все время открывается» — сказал Вадик. У матату несколько раз открывалась задняя дверь, мы останавливались и закрывали ее, пока водитель не нашел веревку и не подвязал дверь окончательно. На полу — картон от упаковочного ящика, едет машина очень жестко, водитель гонит ее почем зря, вписываясь в небольшие промежутки между кочками, велосипедистами, встречными машинами. Когда я попытался закрепить ремень безопасности, крепления просто не оказалось:)

С матату гораздо удобнее фотографировать, чем с трака. Все время поездки щелкал безостановочно: хижины, прохожие, быт, народ — все настолько различно и непривычно, что хочется утащить с собой хотя бы память об этом. И обратно хочется, еще не уехав…

Вот семья переезжает на бода-бода — женщины обычно сидят боком, как та женщина, что сзади:

Обратите внимание на фасон рукавов — тут это очень модно, очень многие женщины носят блузки с такими поднятыми острыми крыльями плечами:

А вот мальчик будто из той самой шутки про очень бедную семью — если бы он не был мальчиком, ему было бы совершенно не с чем играть…

Вот так сушатся зерна кофе:

Джип с ананасами:

Проезжали по одной из тех плотин, которые перекрывают Нил и, однажды, затопят пороги…

Полицейский: «И тут выхожу я — весь в белом»:)

Сначала приехали в ресторан «All friends place»:

Негр-официант, похожий на Уилла Смита, принимает заказ:

Креативно оформленный интерьер:

Маски:

Взял стейк с картошкой и стакан свежевыжатого сока маракуйи — сколько плодов на такой стакан ушло, интересно?

Попробовали пиво Белл, по имени которого называется вторая волна из трех — не слишком крепкое, но горьковатое:

Марина заказала здоровенную рыбу телапию:

В ресторане есть Wi-Fi — вышел на связь с миром и рассказал всем, как тут хорошо — народ в России помирал от зависти. Я сам себе завидовал:)

Забрать из ресторана нас должны были на матату, но водитель почему-то не приехал, и мы поехали на бода-бода — такси-мотоцикле:

Кроме водителя, ехать на бода могут еще два человека, но вся эта конструкция показалась мне довольно неустойчивой на поворотах — Вадик держит себя в руках:

Приехали на Main street, к «Source cafe». Недалеко от кафе в лесах строится многоэтажное здание — леса на вид хлипковаты, впрочем, как и сама кладка:

На улице со зданием — банк, можно поменять валюту по очень хорошему курсу и идти покупать сувениры.

Сувениры:

Продавцы сувениров попросили их сфотографировать — не смог отказать:

Много ярких, явно фабрично сделанных браслетов с надписью «Уганда» — я почему-то ждал, что все будет ручной работы; много футболок футбольной команды с той же надписью, просто ярких футболок и рубашек с закосом под традиционное представление о негритянских нарядах — все сделано в Тайланаде; маски — говорят, что из Конго. Кулоны, браслеты, кольца — из дерева, из скрученной бумаги, покрытой лаком. Серьги:

Не белые за бусы и зеркальца торгуются с туземцами, а наоборот — туземцы впаривают белым разные украшения:)

Много картин — просто ярких, аляповатых. Художник и произведение:

«Сфоткай меня!» Видимо, он пытался улыбнуться:

«Uganda Hope» — этот девиз служит темой для многих картин, плакатов:

«На что надежда?» — интересовался я у разных людей. «Жизнь сложная, бедная, работы нет — нельзя терять Надежду!» — примерно такой ответ получил.

Особенность фигур аборигенок — даже манекен сделан с упором на эту выдающуюся особенность:

С возрастом эта особенность увеличивается — рука, отведенная за спину, может расслабленно лежать на… выступе:) Рассказывали, что один из россиян очень радовался этой особенности и все хотел проверить: будет ли стоять кружка пива, или нет? Ребенок вот держится, например — безо всяких ремней:

Обратная дорога — водитель матату менял колесо на рынке. И ничего, что на резине здоровущая трещина -все равно лучше, чем было:) На большом полотне сушилась кукуруза, ее рассыпали тонким слоем — подошли козы и начали есть кукурузные зерна:

Девочка — будущая модель: позировала и артистично меняла позы:

Доехали уже в сумерках. Стучали сами по сигнальному диску от колеса — на берег острова вышел Асад и пошутил, что все закрыто, приходите завтра. Но лодку прислал.

Вечером пьяные русские пели песни, трезвые русские плакали и смеялись — настолько это звучало фальшиво, но с чувством:)

13.01.2015 Рассвет, деревня Накато

Встретил таки рассвет — красный шар из-за пальм, все, как должно быть:

Солнце поднимается выше:

Пляжик, лодки, подсвеченные утренним солнцем:

С утра колонна муравьев парадным строем вознамерилась зайти к Марине в палатку — насекомые были беспощадно изгнаны аэрозолем от комаров.

Пока плыл вдоль берега, спугнул здоровенного варана — снять не успел…

Катались на Клабе, но народу было немало, очередь большая — пошли в деревню Накато, что вблизи мыса у валов. Местные настроены по-разному, я бы сказал настороженно. Детишки — шкодно, но денег и футболок не просят, проявляют живой интерес к тому, как получаются на фотографиях:

Надо пренепременно показать, как кто вышел на фото — это вызывает безумный интерес и настраивает на взаимопонимание:)

Мелкий негритенок подбегает к Кириллу сзади и делает вид, что дает пендаля — грожу пальцем. Как в этой деревне жили белые? На всем протяжении нашей небольшой прогулки нас все время преследовали дети:

Наснимал, как гроздьями растут бананы — с фиолетовым писькообразным цветком на конце:

Папайя, дынное дерево — пальма:

И плоды:

Кофейное дерево:

Традиционным кофе не пахнет совсем, нужна обжарка — ягоды:

Хотел посмотреть, как устроены дома внутри, на быт — спросил, но меня не пустили. Нет — так нет. Хотя, конечно, жаль…

Парня в желтой футболке, постоянно пасущегося у Найла, зовут Муануко. Он и фоткает за деньги, и вообще главный бизнесмен:

Когда спрашивал его имя, то сначала не расслышал, переспросил: «Моника?» чем немало повеселил его друзей.

Впервые за все время местные принесли манго — по настоящему спелое, безумно вкусное. Сожрали за обедом:

Джекфрут похож на дынную жвачку времен 90-х.

Турако

Видел Турако, птицу-бананоеда — она или он прилетел на верхние ветки дерева. Птица фантастическая: сама зеленая, с хохолком, клюв желтый и будто бы вымазанный губной помадой:

Полное название — Большой голубой турако. Наверное, все же, он:)

Катались на Найле — наконец-то большая вода! Удручает суп в суводи — постоянное пульсирующее обратное течение, заставляющее каякеров сталкиваться в очереди, зачастую и переворачиваться, но сам вал великолепен — высокий и быстрый:

На воде пробыли около четырех часов — карточка на камере заполнилась до конца.

Просил Женю Корн, уезжающую в Джинджа, привести лекарство от малярии (вчера забыл) ведь инкубационный период две недели, может и в России прихватить — привезла: Artequin, цена 30 000 угандийских шиллингов, трехдневный курс.

14.01.2015 Итанда

Солнце встало и сразу, из-за горизонта, растопырило лучи — красный шар почти не держался. «Фигня!» — вынесли вердикт романтичные русские, встречающие рассвет. — «Вчера лучше было.»

Многие говорят об отъезде, подсчитывают оставшиеся деньги. Женька продлила билет до 29 января.

Сказал Аните, что через три дня уезжаю. «Когда еще приедешь?» «Next year». Сергей, стоящий и ждущий кофе, подхватил: «Coffe next year!» — шутка понравилась Асаду — вполне в его духе, он каждое утро мне говорит, что все кончилось, а потом дает полный термос кофе.

Разговоры про командировки в Африку. Марина: «Если меня куда и отправят, то только ебалУ (Эболу) исследовать».

Перед завтраком Сергей показал место дневного обитания гекконов — поднял штору на стене, их там штук шесть сразу сидело, как тараканы:

Ритуал приема пищи мной пока не описан. Так вот: около 8 утра выставляют термос с кипятком, термос кофе и кувшинчик с молоком:

Клювом щелкать нельзя — все сразу начинают активно угощаться, все кончается в момент и надо идти на кухню, где шеф-повар Асад заменит термос пустой на полный с непременной шуткой об окончании кофе. Потом наступает момент расслабленного ожидания еды:

Сначала работники кемпинга выставляют подставки:

Все ждут, пока на стол выставят ингредиенты завтрака — непременные яйца в одном из видов: вареные, яичница, омлет, затем поджаренные тосты или свежеиспеченные булочки — и фрукты: папайя, бананы, семена джекфрута, куски арбуза, ананаса. Булочки уходят мгновенно, фрукты могут остаться еще какое-то время — так что надо положить себе всего сразу и быстро:)

Завтрак — самый экзотический прием пищи: почему-то остальное время свежие местные фрукты не дают, но их можно успешно приобрести у аборигенов.

Место без времен года и глобальных событий, размеренное существование, Анита не знает, как называются местные птицы и знает не все выделяющиеся растения. Привычная экзотика — папайя на завтрак, ананасы, арбуз. Питер в это время серый и хмурый, здесь же достаточно высунуть нос из палатки для хорошего настроения. Все светлое время суток — солнце.

Поехали на Супер хол — фоткал из кузова, заснял, как растут ананасы:

По пути попробовали чапати — большие блины-лепешки. 500 шиллингов за штуку.

Пока еще свежие и горячие — очень вкусные:

Большинство коров тут вот такие красивые длиннорогие:

Эта же порода изображена на 20000 купюрах.

А еще очень часто вижу цаплю и корову вместе:

На Супер холе опять большой уровень воды — и вальные, и бочечные элементы получаются одинаково неэффектно — как в прошлый раз.

В этот раз присоединился к той группе, что пошла вниз по реке. И прошел Итанду. Порог Итанда — чередование больших валов и заварных бочек. Показывал порог Кирилл, который до этого ходил Итанду два раза, все названия препятствий от него.

Прохождение начинается с большого слива под названием Рампа, который плохо просматривается с берега и сверху с воды. В конце Рампы есть проход, более-менее обозначенный язык, но есть и бочка, в которую я угодил. Пердолило там отлично — через нос, через корму — как-то выбрался:) На фото — заход в Рампу Кирилла, я зашел левее метра на 2, наверное:

После Рампы две большие бочки: Кубинец слева и Точилка справа — то, что в Точилку попадать не надо, при просмотре было очевидно, поэтому, когда бочка Рампы отпустила, то, не понимая где сейчас нахожусь, взял сильно влево и нашел еще небольшую бочку перед Кубинцем — впрочем, достаточно пологую, для катания пригодную — и покатался в ней:

Затем посерфил с края Кубинца:

Вышел и счастливо миновал еще одну бочку прямо за Кубинцем, под названием Пепельница:

Завершает Итанду бочка, вернее, котел, под названием Bad place — ус, образующий это препятствие, напоследок успел меня уронить:) Ощущений было достаточно, порог однозначно не для новичков.

Остальные пороги до кемпинга не столь опасны — все просматривается с воды. Есть неперезаходные валы и бочки для серфа, потом долгий плес, в конце которого остров знаменитого каякера Стива Фишера — его можно узнать по здоровущему раскидистому сухому дереву с множеством птиц:

На острове стоит дом:

Над заросшей лужайкой летают красные стрекозы:

Завершающий порог перед кемпингом Hairy Lemon — любимый-катальный, от Найл спешл и далее.

Кататься вечером не пошли — пришли позже 16 часов, вечер отдыха — полежали в чилауте. Здесь летает очень странный шмель гигантского размера — чтобы вылететь наружу, ему необходимо свалиться на кого-нибудь, тогда он получает дополнительный импульс и может вырваться за границы чилаута. Когда такая жужжащая хрень падает на тебя сверху, то сам подпрыгиваешь, а люди знающие особенность беспардонного насекомого, говорят: «Ну, чего ты дергаешься? Испугается — укусит. Он просто так взлетает»:) Еще под балками крыши чилаута живет небольшая зеленая змейка:

Мне нравится здесь — страна, люди, необычность. Нравится учить другой язык — Атесо, Анита радуется каждой фразе, мной произнесенной, а «йога топорич» (доброе утро) подхватывают и русские:) Кстати, «Глупый» на Атесо звучит тоже очень интернационально — «Ебан»:)

Прилететь сюда на неделю было бы безумно мало — как минимум на две.

15.01.2015 Обеденный Найл

С утра болит плечо после Итанды и больно дотрагиваться до сгоревших запястий. Хотя греет мысль, что чувствовать такое в январе — нереально:)

Гонял ибиса — он так красиво взлетает!

Но предпочитает по-куриному сматывать:)

За завтраком Вадик рассказал, как ему на Суперхоле не хватило негритенка, который бы понес его лодку. Ну, много каякеров было, а негритят — мало. Так мило — большому Вадику не хватило маааа-ленького негритенка:) Марина: «Трусы парашютом — бежит негритенок» и про Мериэн, с ее рельефными мускулистыми ногами: «Ну не может телка так прокачаться!» Кирилл рассказывал, как ему сорвало юбку в Кубинце и он стрельнулся: «Я развернулся на бэксерф, встал в очке и сделал шаг в пену»:)

После завтрака мы с Мариной попросили, чтобы нам оставили обед, чуть потупили и пошли на Найл — хотя и в самое солнечное время, но катались только вдвоем:

Поначалу даже негритят не было, затем появился первый, предложил свои услуги по подаче веревки, но через пол часа слинял — дал ему только часть суммы. Второй, взявшийся за работу, тоже пробовал слинять, но, услышав фразу «Small job — small money!» решил остаться:

Кстати, меня интересовало, какие же браслеты носят местные и похожи ли они на те, что продаются в сувенирных лавках в Джинджа. Практически никто не носит. А если носят, то достаточно простые:

Катались, пока не начали приходить первые отобедавшие — просто сказка, назавтра решили повторить.

Перекусили, поговорили с Анитой, приходил Пол с лимонной настойкой, заодно приносил головоломки. Так и провели вечер. Да, забыл написать про времяпровождение под названием «Рубилово» — записал так в дневнике, но как минимум двое участников утверждают, что правильное название — «Заваруха»:) Есть большая колода карт, в которую в свободное время играют в дурака — подкидного, переводного. Большая колода не от того, что там двойки-тройки и проч., а от того, что в эту колоду хаотично добавляют карты кто попало, из разных колод:

Сегодня в колоду карт добавили еще одну — толщина стала вообще нереальной, но все упорно протестуют против создания одной нормальной колоды — ведь можно же будет просчитывать, какие карты остались! А так сиди себе, да бей — кто дурак, известно через пол часа:)

Вечером уехал Кирилл — скинул мне все фотки, видео. Уплыл около 10 вечера на лодке, с фонариком, ничего видно не было. И мне послезавтра так уплывать…

Окончание следует.